Некоторые разговоры остаются в памяти навсегда. Они напоминают о том, что даже в современной Формуле-1 всё ещё можно оставаться собой — говорить открыто, без фильтров, заранее заученных ответов или отточенных медиа-клише.
Тот факт, что это интервью удалось взять у самого молодого гонщика в нынешнем пелотоне Ф-1, делает его ещё более впечатляющим. В следующую субботу Арвид Линдблад отметит своё 19-летие.
За образом гонщика скрывается молодой человек с удивительной зрелостью. В свои 18 лет он держится с нетипичным хладнокровием. За шлемом, перчатками и гоночным комбинезоном кроется история лишений, решимости и исключительного уровня самосознания, которое проявляется в каждом его ответе.
Три года назад, во время Гран-при Бельгии 2023 года, Хельмут Марко пил кофе в моторхоуме Red Bull, когда разговор зашёл о молодёжной программе команды. Имя Линдблада всплыло, несмотря на то что он ещё не выиграл ни одного титула в гонках на одноместных машинах. «Через три года он будет в Формуле-1», — заявил тогда бывший консультант Red Bull.
2 декабря прошлого года команда Racing Bulls подтвердила именно это, объявив Линдблада одним из своих боевых пилотов на сезон Ф-1 2026 года.
«Почему он был так уверен?» — вспоминает сегодня Линдблад. «Я и сам задавал себе этот вопрос. Думаю, во многом дело было в моём менталитете. Я попал в Red Bull Junior Team в конце 2020 года. Когда я впервые встретился с Хельмутом, мне было 12 или 13 лет. Со мной пришёл отец, но на протяжении всей встречи говорили в основном только мы с Хельмутом.
Отец потом рассказал мне, что больше всего Хельмута впечатлило то, что перед ним сидел совсем юный парень, который уже точно знал, чего хочет, и был полностью сфокусирован на достижении своей цели».
Арвид Линдблад, Racing Bulls
Давай начнём с этого. Многие пилоты описывают Ф-1 как детскую мечту. Ты же всегда говорил о ней как о конкретной цели. Ты был ещё ребёнком, когда сказал матери: «Я не пойду в университет. Я стану гонщиком Формулы-1». Когда впервые появилась эта уверенность?
АЛ: «Я просто хотел именно этого. Сколько себя помню, моей целью всегда была Формула-1. Но дело было не только в том, чтобы просто туда попасть. Даже когда мне было шесть или семь лет, я мечтал не просто выступать в Формуле-1 — я хотел быть конкурентоспособным. Я хотел бороться за победы.
Я не могу толком объяснить, почему думал иначе, чем другие дети. Просто так был устроен мой мозг. Конечно, я занимался и другими видами спорта. Играл в футбол в школе, ходил на плавание, как и все. Но у меня ни разу не возникло мысли, что это может стать моим будущим. Для меня существовала только Формула-1».
Когда ты начал выступать в молодёжных формулах, был ли хоть один момент, когда ты всерьёз думал о плане Б?
АЛ: «Нет. Никогда. Потому что в моих мыслях план А обязан был сработать. Даже когда мне было пять или шесть лет, я просто не мог представить себе будущее, где я не пилот Формулы-1.
В моей голове такой вариант даже не допускался. Возможно, именно поэтому меня никогда не пугали завышенные ожидания. Многих пугает столь масштабная цель. Меня же, честно говоря, это никогда не пугало».
Если оглянуться назад, есть ли человек, который сыграл ключевую роль в твоей карьере?
АЛ: «Оливер Роуленд, без сомнений — если не считать мою семью. Наверное, он помог мне больше, чем кто-либо другой. Я познакомился с ним, когда мне было семь. Сначала мы просто провели вместе несколько тестовых дней в картинге, но наши отношения продолжали укрепляться.
После того как я выиграл чемпионат Великобритании по картингу, мы стали работать намного плотнее. Он многому меня научил — не только как гонщика, но и как человека. Я искренне верю, что без Оливера моя карьера сложилась бы совершенно иначе.
Конечно, я обязан упомянуть и Хельмута Марко. Он дал мне невероятный шанс. Он поверил в меня даже тогда, когда другие не верили, и если я сегодня здесь, то во многом благодаря ему. Я всегда буду ему благодарен. Вот два человека, которые оказали наибольшее влияние на мой путь».
Чемпион Формулы-E сезонов 2024–25 Оливер Роуленд
Как ты переживаешь этот этап своей карьеры? Совпало ли это с тем, что ты себе представлял?
АЛ: «Всё совершенно иначе по сравнению с прошлыми годами. Моя жизнь сильно изменилась, но я получаю от этого удовольствие. Выступать в Формуле-1 — это то, о чём я мечтал с самого детства, поэтому я стараюсь наслаждаться каждым моментом и ценить то, что со мной происходит.
Я из тех людей, кто достаточно легко адаптируется к новым ситуациям, поэтому обычно принимаю всё как есть. Но время от времени я останавливаюсь и напоминаю себе, что на протяжении многих лет единственным моим желанием было находиться в этом паддоке и управлять этими машинами. Поэтому я стараюсь ловить кайф от каждой секунды».
Ты прошёл всю молодёжную программу Red Bull. Один из инсайдеров Red Bull однажды сказал мне, что ты идеально подошёл для этой системы. Как начался твой путь?
АЛ: «Всё началось ещё в картинге. У Хельмута было много связей в паддоке, и он регулярно спрашивал о самых перспективных молодых пилотах. В какой-то момент моё имя стало всплывать всё чаще и чаще.
Я точно помню момент, когда всё изменилось. Мы с отцом были в Портимане и готовились к чемпионату мира по картингу. Мы завтракали, когда ему позвонили из австрийского Граца. Он ответил на звонок, а когда положил трубку, сказал мне, что Хельмут Марко хочет встретиться с нами и обсудить контракт.
Я очень отчётливо помню этот момент. Мы встретились в воскресенье утром во время Гран-при Португалии 2020 года, до того как он отправился на трассу. Не помню, подписали ли мы соглашение прямо в тот день, но именно тогда он сказал нам, что мы присоединяемся к программе. Вот тогда всё и началось».
Программу Red Bull часто называют беспощадной: если не даёшь результат, тебя выставляют за дверь. Ты ощущал это на себе?
АЛ: «Я знаю, что люди видят её именно так, но сам никогда этого не ощущал. Для меня это была просто огромная возможность. Я думал: "Эти люди верят в меня. Они помогают мне пробиться в Формулу-1".
Я никогда не чувствовал того давления, о котором все говорят, потому что в моём понимании всё всегда было очень просто. Если бы я не был достаточно быстрым, я бы разочаровался в самом себе. В этом не было бы вины Red Bull — это просто означало бы, что я оказался недостаточно хорош. Так что я никогда не находился под давлением. Когда я впервые увидел шлем в цветах Red Bull, моей единственной мыслью было: "Ух ты, как же круто это выглядит". И всё.
Арвид Линдблад, Prema Racing
То же самое происходит и сейчас, когда я попал в Формулу-1. Перед моим приходом все твердили, что давление будет колоссальным. Уверен, наступит момент, когда и я его почувствую, но, честно говоря, пока ничего подобного не было.
Оказаться здесь — это то, чего я хотел с пяти лет. Я всю жизнь работал ради этого. Я благодарен всем, кто помогал мне на этом пути, но, в конце концов, это моя мечта. Я проживаю её для себя. Так с чего бы мне испытывать давление?»
Какую самую сильную эмоцию ты испытывал в автоспорте?
АЛ: «Есть два момента, которые стоят особняком. Первый — это однозначно Сильверстоун в Формуле-3 [в 2024 году], когда я выиграл обе гонки. На самом деле это был очень странный уик-энд, потому что всё началось из рук вон плохо. В квалификации мы как команда допустили ошибку. Выехали слишком рано, пока трасса постоянно подсыхала и улучшалась, и я оказался одним из первых, кто пошел на быстрый круг. Сам круг вышел хорошим, но момент был выбран неудачно. В итоге я стал 11-м и помню, как был взбешён.
До этого я всегда боролся в первых рядах. Да, 11-е место означало поул для спринтерской гонки с реверсивной решёткой, но, честно говоря, мне было всё равно. Для меня имела значение только воскресная основная гонка. В субботу я победил, но старт с поула сделал ту гонку достаточно простой. Однако в воскресенье перед стартом мы разговаривали с Оливером Роулендом и сошлись во мнении, что финиш на пятом или шестом месте уже станет отличным результатом.
А потом пошёл дождь. Гонка превратилась в абсолютный хаос, и каким-то образом я победил. Это был первый раз в моей жизни, когда меня настолько переполнили эмоции, что я едва не потерял контроль над собой. Я орал по радио. Я не мог поверить в происходящее. Я был просто невероятно счастлив. Это ощущение было даже круче всего, что я когда-либо себе представлял. Обычно реальность уступает мечтам, но в тот день она их превзошла. Такое я даже вообразить себе не мог».
А второй?
АЛ: «Спринтерская гонка Формулы-3 в Бахрейне. Эта победа свалила огромный груз с моих плеч. Переход напрямую из Формулы-4 в Формулу-3 считался практически невозможным. Никто до этого не проводил всего один сезон в Формуле-4, а затем сразу же становился конкурентоспособным в Формуле-3. Пожалуй, это был самый большой шаг в моей карьере».
Даже больше, чем из Формулы-2 в Формулу-1?
АЛ: «Да, пожалуй. Я знал, что тот сезон может предопределить мою карьеру. Если я выступлю хорошо, люди скажут, что я действительно особенный талант. Если нет — мне, скорее всего, придётся поумерить свои амбиции. Учитывая, как закончился мой сезон в Формуле-4, у меня было много сомнений в себе. Победа при первой же возможности заставила всё это давление испариться».
Арвид Линдблад, Racing Bulls
Ты не упомянул Формулу-1 в числе своих самых сильных эмоций...
АЛ: «Эти моменты ещё придут. Но был один эпизод, который я никогда не забуду. Это было в Мельбурне, на открывающей гонке в марте этого года. До того момента я всё ещё не осознавал до конца, что действительно стал пилотом Формулы-1. Я знал это, разумеется, но в полной мере не прочувствовал.
Впервые меня по-настоящему накрыло на стартовой решётке. После национального гимна я возвращался к машине. Я квалифицировался девятым и уже собирался надеть шлем, когда Оливер Роуленд обнял меня и сказал очень простые слова: "Все эти годы тяжёлой работы были ради этого момента".
Внутри меня произошло что-то такое, чего я никогда раньше не испытывал. На одну-две секунды вся моя жизнь пронеслась перед глазами. Я увидел себя семилетнего. Затем восьмилетнего. Вспомнил, как мечтал о Формуле-1. Вспомнил каждый трудный момент, каждый год, когда задавался вопросом, добьюсь ли я хоть чего-то.
У меня хлынули слёзы. Я тут же остановился, потому что мне предстояло ехать гонку, но это была эмоция, совершенно не похожая ни на что из того, что я чувствовал прежде. Именно в тот момент я по-настоящему понял: "Я сделал это. Я пилот Формулы-1"».
Дело ведь не только в трофеях или результатах. За этим стоит и глубоко личный путь.
АЛ: «Именно. Слова Оливера — "все эти годы тяжёлой работы были ради этого" — подытожили абсолютно всё. Это были 13 лет моей жизни. Было столько сложных моментов. Столько раз я думал о том, чтобы опустить руки. Столько раз сомневался в себе.
Трудно даже объяснить, каково это было. Но я искренне не думаю, что когда-либо снова испытаю настолько сильную эмоцию».
Веришь ли ты в то, что существует такое понятие, как идеальный круг?
АЛ: «Это интересный вопрос. Когда я был моложе, я был убеждён, что идеального круга не существует. Это казалось недостижимым идеалом — можно лишь пытаться подобраться к нему как можно ближе.
Арвид Линдблад, Racing Bulls